May 24th, 2016

Русский

Дм. Ольшанский про историческую политику

Оригинал взят у marss2 в Дм. Ольшанский про историческую политику
Дойдя до границ Советского Союза, Красная армия разделилась. Украинская часть пошла освобождать Освенцим, а русская - насиловать немок


На днях был скандал: один нелепый человек демшизовых убеждений, в Массачусетсе проживающий, написал, что его дед-генерал руководил депортацией крымских татар, но просить прощения у крымских татар за депортацию должен "каждый разумный и трезвый человек", потому что крымским татарам "досталось" и от СССР, и от России (это намек на то, что плохая Россия оккупировала украинский Крым).
Нелепому человеку демшизовых убеждений в ответ закономерным образом прилетело: сам ты, мил человек, кайся за своего генерала НКВД у себя в Массачусете, а нас это не касается.
История интересная - и вот почему.
Дело в том, что к "преступлениям Советской власти", "покаянию за большевизм" и тому подобным грехам прошлого можно относиться двумя способами.
Можно сказать, что советская история - это общая история.
А значит, и общая трагедия, и общее преступление, и общая гордость в каких-то понятных случаях (1945 год).
И что мы все тут - наследники всех и всего, что на этой земле до нас было, и мы за все отвечаем, и все собой продолжаем, одновременно и поздравляя друг друга по одним историческим поводам, и прося друг у друга прощения по другим.
Но эта точка зрения непопулярна, и распространения не получила.
Зато популярна другая.
Есть "мы".
Эстонцы, латыши, поляки, украинцы, е.. кхм, страшно даже произнести это слово, пусть будут "одесситы", грузины и просто интеллигентные люди с разными паспортами прогрессивных держав.
И мы - хорошие.
Мы пострадали от советской оккупации. Мы пострадали от коммунистических преступлений. Мы и сейчас высоко несем знамя совести и стыда.
А вы - русские - вот вы плохие.
Вы во всем виноваты и за все отвечаете.
Одни.
И вы должны платить и каяться вечно.
А мы будем сидеть в Массачусетсе, в Риге, в Киеве, в Лондоне, - и собирать аплодисменты как жертвы всего, что уже произошло и еще происходит на этой страшной русской земле.
Очень хорошо.
Но, к сожалению, не выйдет.
Бумеранг чьей-то отдельной (а именно - только русской) ответственности за советские трагедии прилетит глупым и самодовольным представителям профессионально страдающих диаспор прямо в лоб.
Потому что если советское наследие - это не общая радость и общее горе, а кто-то конкретный во всем виноват, то стрелки были латышские, комиссары - "одесские", Дзержинский - поляк, Сталин - грузин, у Брежнева в документах стояло "украинец", а насчет депортации крымских татар обращайтесь с претензиями в Массачусетс.

И настоящие пострадавшие от Советской власти - русские - больше вас в своей (а не вашей) России видеть не жаждут. По крайней мере, без компенсаций и покаянного стояния на коленях.
Вот и все.
Нельзя же быть настолько наглыми - и, одновременно, настолько наивными - чтобы не понимать, что общее прошлое, вашими же усилиями превращенное в школьную тряпку-сифу, в конце концов русские запустят вам же в лицо.
И самим же потом придется еще пожалеть об отказе от бывшей солидарности.
Ведь быстро выяснится, что никто в мире, кроме добреньких русских, не хочет кормить прогрессивные диаспоры, кормить и оплачивать их страдания.
Так что иначе нужно формулировать, нелепый человек демшизовых убеждений, иначе.
Мой дед был солдатом нашей общей империи и участвовал на этой службе в тех преступлениях, которых требовала от него жестокая эпоха.
Но он умер, и Бог ему судья.
А у нас - другая жизнь и другая страна, которая вернула Крым, исправив одну из советских ошибок.
А мы постараемся новых не совершать.

https://www.facebook.com/spandaryan/posts/1130164270337723

флаг

Читаем книги

Оригинал взят у alexsrb в Читаем книги
Перечитываю книгу Виктора Острецова, которую 18 лет тому назад  впервые прочитал. Тогда в голове что-то уложилось, а что-то нет, круть-верь, работа-забота. А сейчас читаю с толком, с расстановкой:

"Нас убили не лагеря и ссылки, не поиски агентов всяческих разведок и даже не собственные демократы. Напрасно ищут виновников в среде большевистских вождей. И не имеет никакого значения, плох или хорош был Сталин или кто другой на том же посту. И все равно, какие решения «там» принимались, и все равно, как они выполнялись. И совершенно безразлично, какие еще преступления отыщут за большевиками, а теперь и за «демократами». Нас убило убожество самой навязанной нам в семнадцатом году идеологии."

"В селе Тарутино, что от Москвы примерно в 90 километрах, стоит самый большой памятник победе русскому оружию в войне с Наполеоном. Памятник производит громадное впечатление: на насыпи, обложенной камнем, гранитный постамент, на котором находится высоченная чугунная колонна, и на этой колонне сидит, разведя крылья, бронзовый позолоченный орел; сидит, как помнится, на шаре, по которому проходит лента со знаками Зодиака, также хорошо видными. На самой черной чугунной колонне, в духе того времени,  бронзовые доспехи, тоже позолоченные. Общая высота памятника примерно с десятиэтажный дом — около 32 метров. Когда-то на постаменте имелась гранитная табличка, из которой можно было узнать, кто и на какие деньги воздвиг этот памятник. Уже в относительно недавние времена эту табличку, как водится, «ликвидировали».

Так вот... За точность цифр не поручусь, так как пишу по памяти, но расхождение будет небольшим.
Этот памятник был поставлен на деньги крепостных крестьян села Тарутино, принадлежавшего графу Румянцеву, одному из сыновей известного фельдмаршала. Из таблички и документов, которые имеются в маленьком музейчике в том селе возле памятника, узнаем, что дворов в этом селе было 216.
Что крестьяне вызывали архитектора из Парижа, и, что памятник им обошелся в 60 тысяч рублей, что одновременно крестьяне выкупились на волю, а еще заплатили графу где-то около 40 тысяч. Но и это не все. Они одновременно заплатили все долги графа. Это тоже около 20-30 тысяч. Источник дохода крестьян, видимо, главный: женщины в селе занимались шитьем золотыми нитками, то есть были золотошвеями.
Если теперь представить, сколько денег имелось в каждой семье, то придется как-то капитально изменить в себе представление о русском крестьянине, под гнетом крепостничества ставшем миллионером. Я не говорю уже о том, насколько высоко должно было быть сознание этих крепостных крестьян, пониманиеими своего патриотического долга, если они по добровольному почину решили воздвигнуть такой памятник. И ведь не просто памятник, а такой громадный, что больше него и нет из посвященных разгрому французов в войне 1812 года.
Пусть кто-нибудь попытается перенести эти реалии на нашу жизнь. И постановку памятника, пусть даже государством, и сумму денег, в которую подобный памятник мог нам обойтись, и способность на осуществление этого дела нынешнего какого-нибудь богатого села, и возможность самого наличия такого самосознания и гордости за свою державу и многое, многое другое."
Виктор Острецов. Масонство, культура и русская история. Историко-критические очерки