Богомил (bogomilos) wrote,
Богомил
bogomilos

О мракобесии времен сталинизма

Оригинал взят у kosarex в О мракобесии времен сталинизма
Сейчас, видя, как нам во имя развала страны насаждают мракобесие, стоит вспомнить, что нечто схожее мы переживали в сталинское время. Другое дело, что в то время многое нельзя было тронуть, поскольку полного единомыслия о важности мракобесия не было. Слишком велик был страх перед возможностью поражения от Запада в новой войне. А тогда Запад просто лишил бы права видных большевиков поучаствовать в приватизации.

Тем не менее, борьба с кибернетикой, генетикой и языкознанием были именно борьбой за насаждение мракобесия. Кибернетиков успешно посадили. Не повезло в самом главном. Тогда железо в первых компах было важнее программного обеспечения. Вдобавок, Винер ошибся, программирование стало развиваться не на его принципах. Но били-то по способности создавать софт. Тогда начали внедрять полупроводники и, видимо, началось головокружение от успехов. Полагали, что миниатюризация позволит быстрее создать мощные компьютеры, чем оказалось в реальности. Даже можно сказать более конкретно, потом в 60-ые признавались, что переоценили возможности полупроводников с точки зрения работы в разных температурных диапазонах. Полупроводники перегревались и выходили из строя.

По истории бить было сложно, поскольку Краткий курс истории ВКП(б) сам по себе был издевательством над историей. Зато хороший удар по генетике нанес Презент. Он для прикрытия использовал украинца Лысенко, а теоретизировал на темы борьбы с генетиками именно он. Более того, даже по должности видно преимущество сего гражданина. Он стал ректором МГУ, а у Лысенко была лаборатория на биофаке.

Самый большой удар наносился по культуре. Сталин просто испугался теории ученичков Яна Мара, столь же выдающегося хама от науки, каковым был Презент. Теория-то была проста - во всяком народе есть два языка, язык эксплуатируемых и эксплуататоров. Например, когда мы говорим - пошел нах, мы говорил правильным пролетарским языком, когда говорим - отойдите, пожалуйста, мы пользуемся лексиконом классовых врагов. В рамках такого подхода под определение классовый враг подпадали не только столь сомнительные, подлежащие идейному разгрому граждане как Пушкин, Толстой, Блок, но практически все советские литераторы, а также кто угодно из интеллигенции, поскольку нормально изъясняться классово правильным языком можно было только в весьма ограниченных рамках.

Интересно, что движение за мракобесие возглавляли те евреи, которых Сталин панически боялся. Он не только послушно сажал кибернетиков и генетиков, позволил Презенту возглавить МГУ. Он побоялся тронуть ученичков Мара после того, как отверг их бред и выдвинул свой, более безобидный. Пушкина, Тургенева, Лермонтова и прочих оставили в учебниках литературы, но репрессий именно против носителей бреда и мракобесия не было. С кибернетикой вопрос решили стыдливо. Её стали развивать исключительно в рамках военных программ, то есть там, где нельзя было карать за некоторые виды свободомыслия. Зато самого Сталина критиковали за языкознание как антисемита. Более того, весьма безобидная с точки зрения, например, французов, вечно борющихся за чистоту языка, борьба за чистоту русского языка трактовалась как переход Сталина на позиции антисемитизма и великорусского шовинизма.

Это я к тому, что нынешнее движение за мракобесие в виде фоменковщины, отрицание сланцевой революции, отмены литературы как обязательного предмета в программе ЕГЭ и многое иное являются далеко не первым движением за мракобесие. Конечно, первое движение возглавил лично Ленин. Расстрелы и высылка ученых, марксизм как мракобесие и многое иное. Правда, потом страх перед пресловутым капиталистическим окружением заставил сузить рамки допустимого мракобесия и развивать науки и даже отдельные элементы культуры. Тем не менее, движение за мракобесие в 1945-50 гг. показательно. Оно явно шло сверху и явно имело целью затормозить развитие страны.

Самое интересное, что, после прихода к власти Хрущева, серьезные попытки борьбы за мракобесие внешне сошли на нет. Хрущев просто не боялся своего окружения как Сталин и даже потом удалил от власти доставшееся ему по наследству сталинское окружение в виде Молотова, Кагановича и прочих. Хотя и там были свои хитрости. Например, Хрущева спровоцировали Маршак и его дружки на борьбу с Пастернаком. Но физику, химию и прочие фундаментальные науки затронуть уже было трудно. При Брежневе борьба за мракобесие возобновилась в более мягкой форме - сперва пиарили ложные теории Гумилева, затем подключили Фоменко. По-настоящему борьба за мракобесие развернулась только после перестройки. И, мы, блоггеры стали особым, ударным отрядом этой борьбы.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments